Как помочь молодому взрослому быстрее найти своё дело

В 2018 году Станислав Натапов, кандидат юридических наук и выпускник Executive MBA Сколково, оставил двенадцатилетнюю корпоративную карьеру и создал «Бизнес-Миссию», закрытое сообщество собственников крупного и среднего бизнеса. Именно из этой предпринимательской среды выросла программа развития молодых взрослых Grand Mission, которая помогает молодым людям из семей предпринимателей найти собственный путь и пройти его быстрее, чем это обычно удаётся в одиночку. В 2025 году проект вошёл в число победителей премии SKOLKOVO «100 лучших проектов».

Главная ценность Grand Mission заключается в людях, которые оказываются рядом с участниками программы: собственники компаний с оборотами в десятки миллиардов рублей становятся для них менторами и вместе с ними работают над реальными проектами. Параллельно с этим профессиональные кураторы программы выстраивают для каждого молодого участника индивидуальную траекторию развития, а сверстники, которые проходят её вместе с ним, создают вокруг него среду единомышленников, в которой расти и ставить большие цели считается нормой. Сегодня в сообществе больше трёхсот менторов из двадцати с лишним стран, совокупный оборот их компаний превышает 15 миллиардов долларов, а больше ста участников программы уже нашли своё дело.

«Полностью индивидуальный подход к развитию молодых взрослых. Я такого продукта больше ни у кого не встречал».

Андрей Крупский, ментор Grand Mission, совладелец и управляющий партнёр «Лемчик, Крупский и Партнёры», одной из ведущих юридических компаний России

Почти в каждой семье, которая приходит в Grand Mission, команда видит одну и ту же проблему: у молодого взрослого есть все возможности, но нет понимания, куда и зачем двигаться, и годы уходят либо на поиски наугад, либо на путь, который выбрали за него. В этой статье разбираем, почему так происходит и как можно сократить этот путь.

Харланд Сандерс основал KFC, когда ему было уже за шестьдесят, а до этого перепробовал множество занятий: работал кочегаром на железной дороге, продавал страховки, практиковал как юрист и держал автозаправку с придорожным кафе. Похожим был и путь Рэя Крока, который взялся за строительство сети McDonald's только в 52 года, после нескольких десятилетий продаж бумажных стаканчиков и миксеров для молочных коктейлей. Обе истории принято рассказывать как пример упорства.

Но их можно прочитать и иначе, как пример того, сколько лет человек способен потратить, двигаясь наугад. У Сандерса и Крока не было ни ресурсов, ни поддерживающего окружения, ни подсказки, куда идти, тогда как у молодых людей из семей крупных предпринимателей всё это есть, и тем не менее многие из них проходят тот же путь проб и разочарований, только начинают его позже и платят за него дороже.

В Grand Mission эту проблему называют упущенными годами, и речь часто идёт не о паре лет, а о целых десятилетиях, которые молодой человек тратит на чужой путь или на бесконечное ожидание того момента, когда всё сложится само собой.

«Если бы мне кто-то в молодости дал такой инструмент, то наверняка я добился бы намного большего в жизни. Если бы у меня был чёткий план действий, я не потерял бы столько времени. Самый ценный ресурс — время».

Кирилл Цеджинов, ментор Grand Mission, основатель и генеральный директор MUNZ GROUP (сети обувных магазинов Thomas Münz и Salamander)

Разница между тем, кто нашёл своё дело, и тем, кто так и не нашёл, в шестнадцать лет почти незаметна, зато к тридцати пяти становится огромной. В одном случае человек растёт в деле, которое ему по-настоящему интересно, сам себя обеспечивает, опирается на собственные ориентиры и сохраняет интерес к жизни, родители становятся для него партнёрами и друзьями, а ресурсы семьи превращаются в опору для дальнейшего роста. В другом он годами работает без всякого драйва, так и не учится обходиться без помощи родителей и живёт по сценариям, которые написали за него, и вместе с этим нередко приходят проблемы со здоровьем, взаимное разочарование в семье и в конце концов потеря семейных активов.

Поколению нынешних родителей во многом помогала сама логика времени: окончил школу, поступил в институт, получил диплом, устроился в компанию и дальше двигался по понятному маршруту, на котором каждый следующий шаг подсказывали обстоятельства. Сегодня такого маршрута нет, профессии появляются и исчезают быстрее, чем удаётся получить диплом, и выпускнику приходится самому решать, куда идти, и самому отвечать за этот выбор.

При этом первые важные развилки появляются очень рано. Уже в четырнадцать-шестнадцать лет нужно определиться с профильными предметами, страной и университетом, а школьник в этом возрасте ещё просто не успел узнать о себе достаточно, чтобы выбрать уверенно. Поэтому решение часто принимают взрослые, руководствуясь самыми добрыми намерениями и выбирая то, что кажется надёжным, а последствия, если направление окажется чужим, через несколько лет достаются уже самому молодому человеку.

В обеспеченных семьях к этому добавляется несколько обстоятельств, с которыми сами родители в юности почти не сталкивались:

1. Всё есть заранее. Многое из того, к чему родители шли годами, у молодых взрослых в этих семьях было с самого начала, поэтому привычка добиваться результата собственным трудом сама по себе не вырабатывается.
2. Высокая планка семьи. Даже когда отец или мать ни на чём не настаивают, их успех служит невольной меркой, и любая неудача начинает восприниматься как доказательство того, что до неё не дотянуть. Многие в такой ситуации предпочитают вообще ничего не начинать, а родителям со стороны кажется, что сыну или дочери просто ничего не интересно.
3. Случайные ориентиры. Родители много работают, и примеры для подражания молодой человек находит среди тех, кто оказывается рядом чаще всего. Если эти люди сами не ставят перед собой больших задач и больше всего дорожат привычным комфортом, именно такой образ жизни начинает казаться нормальным.
4. Решения принимают другие. Учёбу, поездки и даже деньги в таких семьях обычно доверяют профессионалам, и у молодого взрослого почти не остаётся ситуаций, в которых он сам что-то решил, ошибся, исправил и почувствовал, что результат зависел от него.

Коварство в том, что всё это долго не бросается в глаза. Сын или дочь спокойно учатся, особой инициативы не проявляют и ни в чём новом себя не пробуют, и кажется, что нужно только подождать. Так было и в семье Марка (имя изменено), который к двадцати годам учился на третьем курсе сильного зарубежного университета, но так и не сформулировал, чего хочет сам, потому что все важные решения до тех пор принимал за него отец. Отказы на заявки о стажировках его почти не задевали, а разговоры о будущем ни к чему не приводили. В Grand Mission Марка не стали торопить с выбором и начали с того, что расширили его кругозор: каждые две недели он встречался с собственниками и руководителями компаний и видел, как устроена их работа на самом деле. Через год он уже сам договаривался с компаниями о стажировках, получил первый собственный доход и чётко понимал, куда движется дальше, а отец наконец перестал быть единственным двигателем его жизни.

Хорошо показывает, как по-другому может сложиться судьба наследника, история Toyota. Сакити Тоёда изобрёл автоматический ткацкий станок и построил на нём крупную компанию, однако его сына Киитиро куда больше увлекали автомобили. Удерживать наследника в семейном деле отец не стал и в 1929 году продал права на свой патент британской компании Platt Brothers, а вырученные деньги стали стартовым капиталом автомобильного направления, из которого со временем выросла Toyota. Вложившись в собственный путь сына, семья сохранила наследника рядом с собой и многократно приумножила капитал.

У большинства родителей первая реакция на бездействие сына или дочери совсем другая: раз комфорт мешает, его нужно убрать, урезать содержание и дать почувствовать, каково это, когда всё приходится добывать самому. Логика понятна, ведь сами они когда-то начинали с нуля, и именно нехватка всего заставляла их расти. Однако желание, которое появляется под давлением, держится ровно столько, сколько длится само давление, и как только условия смягчаются, движение снова останавливается, а вот ощущение, что семья давила на его выбор, и обида за это остаются надолго.

Поэтому в Grand Mission семьям советуют искать середину между «бери что хочешь» и «теперь сам». Поддержка семьи никуда не исчезает, но чем больше ответственности берёт на себя молодой человек, тем больше ресурсов ему становится доступно. Когда речь заходит о деньгах на учёбу, проект или собственное дело, стоит обсуждать не сумму, а сам замысел:

• Чего именно ты хочешь добиться?
• Почему это важно лично для тебя?
• Какая помощь семьи тебе понадобится?
• Что из этого ты берёшь на себя?

В таком разговоре деньги превращаются из подарка в инвестицию, за результат которой отвечает сам получатель, и именно так, по сути, поступил Сакити Тоёда, когда вложился в автомобильную идею сына. Смысл такого подхода в том, чтобы молодой взрослый научился превращать возможности семьи в собственный результат.

Сандерс искал своё дело вслепую, перебирая профессии одну за другой. Сегодня этот путь можно пройти гораздо быстрее, если двигаться последовательно и сначала понять, что человеку подходит, а затем разобраться, ради чего он готов стараться.

Первым делом важно понять, что человеку действительно подходит, и речь здесь идёт вовсе не о профессии на всю жизнь, которую сегодня подбирать бессмысленно, потому что за время учёбы рынок успевает измениться. Гораздо полезнее выяснить, в каких задачах он оживает, в какой роли чувствует себя на своём месте и среди каких людей работает лучше всего, то есть определить его формулу карьеры. Эту картину в Grand Mission собирают с помощью диагностики по методикам, соответствующим стандартам Американской психологической ассоциации и Европейской федерации психологических ассоциаций, и затем каждое предположение проверяют на практике. Участник знакомится с человеком, добившимся в этой области серьёзных результатов, приходит в компанию на стажировку или берётся за проект, и всё это происходит ещё во время учёбы, задолго до выпуска.

Диагностика охватывает больше семидесяти параметров личности, которые делятся на две группы. Базовые, то есть тип мышления, мотивация и ценности, складываются рано и с годами почти не меняются, а динамические, к которым относятся эмоциональный интеллект, зрелость, лидерство и внутренние барьеры, как раз можно и нужно развивать. Из шести срезов этой диагностики, в которые входят тип мышления, мотивация, сильные стороны, ценности, подходящая среда и привычные модели поведения, и складывается формула карьеры, через которую затем проверяется любая возможность, будь то университет, страна, стажировка или новая сфера. Даже если интересы со временем сместятся, сами критерии выбора никуда не денутся, и именно по ним команда формулирует от трёх до пяти обоснованных гипотез о направлениях, которые стоит попробовать.

Каждую такую гипотезу проверяют по одной и той же схеме: сначала встреча с собственником бизнеса из этой сферы, затем знакомство с тем, как она устроена изнутри и какие в ней есть роли, а потом практическая проба, после которой становится ясно, держится ли интерес. Поэтому неподходящие варианты отсеиваются за несколько месяцев, а когда сфера найдена, молодой участник уходит в неё глубже и получает всё больше практики и ответственности.

«Уникальная методика, которую „Большая Миссия“ смогла „приземлить“, оцифровать и внедрить».

Кирилл Цеджинов, ментор Grand Mission, основатель и генеральный директор MUNZ GROUP (сети обувных магазинов Thomas Münz и Salamander)

Второй шаг связан с мотивацией, ведь даже точное понимание своих сильных сторон мало что меняет, пока у человека нет результата, которого ему по-настоящему хочется добиться. Когда такая цель появляется, становится видно, чему придётся научиться и каким нужно стать, чтобы до неё дойти, и тогда развитие перестаёт быть требованием родителей и превращается в его собственное решение.

Найти такую цель в одиночку трудно, поэтому вокруг каждого участника программы выстраивается окружение из трёх групп людей, а родители при этом остаются рядом как союзники и партнёры.

Менторы. Это собственники и руководители компаний из сообщества «Бизнес-Миссия», и с участниками они не ограничиваются беседами, а работают над общими проектами. Среди них основатель и генеральный директор MUNZ GROUP, управляющей сетями обувных магазинов Thomas Münz и Salamander, Кирилл Цеджинов; сооснователь группы компаний «ОКНО-ТВ», которая оснащает техникой вещания «Первый канал», ВГТРК, НТВ и телецентр «Останкино», Игорь Гляненко; совладелец «Лемчик, Крупский и Партнёры», одной из ведущих юридических компаний России, Андрей Крупский; сооснователь и бывший генеральный директор СДЭК Леонид Гольдорт; основатель SYSSOFT, одной из 30 крупнейших IT-компаний страны, Максим Тикуркин; управляющий партнёр международной девелоперской компании Becar Asset Management Александр Шарапов, а также Евгения Тюрикова, владелица компании по управлению капиталом WEALTH IQ. Станислав Натапов лично приглашает каждого ментора и смотрит не только на масштаб достигнутого, но и на человеческие качества, а встречи проходят примерно дважды в месяц, и для каждой подбирают человека, который может помочь именно с той задачей, над которой участник работает сейчас.

Кирилл Цеджиновоснователь и генеральный директор MUNZ GROUP, сети обувных магазинов Thomas Münz и Salamander

Игорь Гляненкосооснователь ГК «ОКНО-ТВ»: оснащает «Первый канал», ВГТРК, НТВ, «Останкино»

Евгения Тюриковавладелица компании по управлению капиталом WEALTH IQ

Максим Тикуркиноснователь SYSSOFT, одной из 30 крупнейших IT-компаний России

Леонид Гольдортсооснователь и экс-CEO СДЭК, инвестор

Александр Шараповуправляющий партнёр Becar Asset Management, «Бизнес-персона десятилетия» PROEstate

и ещё более 300 менторов из 20+ стран в сообществе

«Я всегда думала, что ему нужен какой-то ментор. Не родитель, а кто-то внешний».

«Мама участника программы

У ментора есть важное преимущество перед родителями: совет рискнуть или не опускать руки после неудачи, прозвучавший из уст состоявшегося, но постороннего человека, воспринимается не как очередное нравоучение, а как приглашение проверить себя.

«Если человек хочет быть миллиардером, надо общаться по большей части с миллиардерами. Хочет быть киноактёром — значит, надо идти в среду киноактёров. „Большая Миссия“ даёт именно ту среду, которая нужна конкретной личности».

Игорь Гляненко, ментор Grand Mission, сооснователь группы компаний «ОКНО-ТВ», лидера в техническом оснащении федеральных телеканалов

Кураторы. Это специалисты, которые много лет работают с молодыми взрослыми в рамках программы Grand Mission и разбираются как в психологии, так и в том, как строится карьера. Куратор помогает подготовиться к встрече с ментором, осмыслить её итоги и связать отдельные пробы в единый маршрут. В начале программы он во многом ведёт участника за собой, а со временем всё чаще отступает на шаг назад и оставляет инициативу ему самому.

Сверстники. Рядом с участником оказываются ребята, которые проходят программу параллельно с ним и тоже пробуют, сомневаются и ошибаются. Когда кто-то из них решается на смелый шаг, например сам договаривается о стажировке или выступает перед незнакомой аудиторией, остальным становится намного проще поверить, что и у них получится.

Возникает естественный вопрос, почему бы не дать молодому взрослому тот же опыт в собственной компании. Станислав Натапов, отец двух дочерей, признаётся, что даже он не может дать им внутри своего бизнеса ту свободу пробовать и ошибаться, которую дают посторонние для него люди. Сотрудники всегда помнят, чьи перед ними сын или дочь, каждое действие наследника обсуждают и сравнивают с родителем, поэтому он старается не рисковать и в итоге учится гораздо меньше, чем мог бы.

«Самое главное, что произошло: сын начал говорить. Со мной его на разговор вытащить очень сложно, а тут он вышел на откровенность и спокойно обсуждает все эти вещи».

«Отец участника программы

Найти подходящее дело ещё не значит научиться его делать, поэтому параллельно с поиском направления программа развивает и самого человека: его умение понимать себя и других, отвечать за свои решения и не отступать перед страхом ошибки. Эмоциональный интеллект, мягкие навыки и внутренние барьеры замеряются на старте и затем в динамике по валидированным методикам, и разница с самостоятельным развитием получается заметной. Эмоциональный интеллект за год в программе вырастает до 70%, тогда как сам по себе обычно прибавляет не больше 4%, мягкие навыки по оценке 28 участников растут в среднем на 40% против 15% без программы, а внутренние барьеры вроде страха ошибки или зависимости от чужого одобрения за полгода снижаются на 22%.

Работа с каждой семьей идёт последовательно, и на каждом шаге у родителей остаётся возможность решить, двигаться ли дальше.

1. Первая встреча. Команда Grand Mission встречается с родителями, чтобы понять, что происходит в семье, что их тревожит и что уже пробовали, и помочь отделить то, что действительно случалось, от привычных ярлыков вроде «ленится» или «ничего не хочет». Эта встреча безоплатная и ни к чему не обязывает.
2. Первичная диагностика. Методолог разговаривает с молодым человеком наедине, без родителей и без их давления, поэтому разговор обычно складывается даже тогда, когда сам он поначалу настроен скептически и идти на контакт не спешит. По его итогам команда специалистов формулирует первые предположения о том, что тормозит движение, и родители получают выводы команды, тогда как личные детали разговора остаются конфиденциальными. Этот этап тоже проходит без оплаты.
3. «Стратегия роста». Примерно за два месяца молодой взрослый проходит индивидуально подобранный набор тестов, после чего над результатами работает команда из семи специалистов, куда входят коуч, психодиагност, специалист по барьерам, телесный аналитик, карьерный консультант, методолог, сводящий все данные в единый портрет, и главный эксперт, который объясняет выводы семье понятным языком. Из этой работы складываются портрет по семидесяти с лишним параметрам, формула карьеры, два или три приоритетных направления и пошаговый план на год вперёд, который сначала обсуждают с самим участником и только потом с родителями. С этого этапа начинается оплачиваемая работа.
4. Программа «Большая Миссия». Стратегия проверяется в деле: стажировки у собственников бизнеса и работа в компаниях сообщества, проекты, встречи с менторами и еженедельные разборы с куратором продолжаются до тех пор, пока молодой человек не начнёт сам ставить себе задачи, выбирать следующий шаг и приходить к семье с обоснованной просьбой о поддержке.

«Всё по делу и точно про него. Вы развернули сына к направлениям, о которых он раньше не задумывался, — и это поменяет всё в его жизни».

«Мама участника программы

Глеб (имя изменено) пришёл в Grand Mission старшеклассником, когда пора было выбирать, куда поступать. Собранный и ответственный парень из семьи, где его всегда поддерживали, он тем не менее признавался: «Я почти ничего не рассматривал», и менеджмент появился в его планах лишь потому, что под него подходил набор экзаменов. Диагностика показала, что главным препятствием был страх ошибиться: Глеб искал вариант с гарантированным успехом и, не находя его, не решался начать вовсе.

Несколько месяцев он встречался с предпринимателями из мира маркетплейсов, стартапов и маркетинга, разбирая каждую встречу с куратором. Переломным стал разговор, в котором предпринимательство сравнили с конструктором LEGO, где неудачную конструкцию всегда можно разобрать и собрать заново, и эта мысль помогла ему перестать бояться ошибок и относиться к ним как к естественной части любого дела.

Со временем у него появились два осознанно выбранных направления, предпринимательство и маркетинг, понятный план поступления и стажировка, которая подтвердила интерес, а показатель страха риска снизился втрое. На всё это ушло полгода, тогда как у многих такой поиск растягивается на годы метаний между факультетами.

Уоррен Баффет купил первые ценные бумаги ещё школьником и стал миллионером к тридцати с небольшим годам во многом благодаря тому, что так рано понял, что ему интересно, и начал пробовать на практике, а Сандерсу на тот же путь понадобились десятилетия. Разница между этими историями связана прежде всего со временем, когда человек начинает пробовать, и в том, есть ли рядом люди, которые помогают ему не сбиться с дороги.

Чем позже начинается такая работа, тем больше в итоге приходится перестраивать. С четырнадцати до восемнадцати лет у молодого человека ещё есть время спокойно пробовать разные сферы, и ошибка в выборе почти ничего не стоит. Между девятнадцатью и двадцатью тремя первый выбор обычно уже сделан, поэтому часть пути приходится выстраивать заново, а после двадцати четырёх, когда привычки и представления о себе успели сложиться, перемены требуют куда более глубокой работы. После тридцати ответственности становится ещё больше, а пространства для поиска заметно меньше, хотя и в этом возрасте искать своё дело не поздно. Программа принимает участников с четырнадцати лет, в том числе тех, кому уже за тридцать, и работает онлайн и очно, на русском и английском языках, с семьями из двадцати с лишним стран.

Годы, ушедшие на поиски вслепую, уже не вернуть, но и ставить молодому взрослому ультиматумы ни к чему. Гораздо полезнее спокойно разобраться, что на самом деле мешает сыну или дочери двигаться, и помочь им найти своё дело сейчас, а не к шестидесяти годам, как это случилось с Харландом Сандерсом. Начать можно с безоплатной встречи, на которой команда разберётся в вашей ситуации и честно скажет, чем программа может помочь вашей семье.